десантник ч. 9.

На следующее утро Кирилл явился к районному прокурору как и обычно, аккуратно в назначенное время. Прокурор обратил внимание на то, что Кирилл плохо выглядит и спросил: «У тебя вид как у человека, который явно не спал. Хотя это в нашем деле и бывает. Но на этот раз вид у тебя прескверный. В чем дело?»

Кирилл рассказывает своему давнему приятелю про свой сон, и вдруг неожиданно заявляет: «Ты знаешь, я уже готов встать на сторону убийцы насильника, хотя это и противоречит закону. Где гарантия, что этот негодяй, которому опять повезет с защитником, выкрутится, уйдет от ответственности и снова не примется за старое?»

Прокурор, видимо не ожидавший таких признаний от старого приятеля, встал, прошелся по кабинету, немного постоял в раздумье возле окна. Видно было, что слова Кирилла задели его за живое. Прокурор был заметно старше Кирилла, дети его были уже вполне взрослыми, сын готовился стать примерным мужем — он нашел себе спутницу жизни.

А Кирилл продолжал: «Я понимаю, что тебе — отцу двух взрослых детей, не приходится видеть такие сны, какой пришлось увидеть мне этой ночью. Этот сон преследует меня, не дает мне спокойно работать, сосредотачиваться на том, что я делаю и обязан делать. Да, конечно, твои дети уже взрослые и вряд ли могут стать жертвой такого вот любителя насилия над маленькими людьми. Но ведь у твоих детей появятся и свои дети — а это уже твои внуки, и они тоже будут такими же маленькими, какими были когда то твои дети».

Прокурор сел на свое кресло за столом, немного помолчал и затем, не глядя на Кирилла произнес: «Знаешь что дружище. Ты говоришь так, как и должен говорить отец ребенка, переживающий за его жизнь, здоровье, будущее. Но, мы — служители Закона. И наш долг, нравится нам это или нет, выполнять все, я подчеркиваю, все требования Закона. Лицо, учинившее самосуд, должно быть разыскано, задержано и предано суду. Разумеется с соблюдением всех требований, которые предъявляются к следствию, защите».

Прокурор снова встал, еще раз прошелся по кабинету, затем сел на место, явно как бы подбирая слова, могущие поставить своего верного приятеля и друга на «путь истинный», изменить его настроение, повлиять на возникающие в его сознании мысли, которые не дозволено ему, опытному сыщику носить в себе, и явно мешающие ему выполнять свой долг перед Законом.

В разговоре возникла пауза. Оба старались не заострять разговор до той степени, которая бы помешала им быть искренними и открытыми друг с другом, и позволила бы и дальше работать так же слаженно и успешно.

Кирилл встал и направился к двери, полагая, что разговор на данную тему можно считать завершенным. Прокурор, не вставая с места окликнул сыщика: «Кирилл». Сыщик, уже взявшийся за ручку двери с намерением выйти из кабинета, остановился.

«Кирилл, — снова повторил прокурор — не вынуждай меня просить руководителей Управления внутренних дел области о том, чтобы тебя отстранили от руководства операцией по задержанию десантника, учинившего самосуд». Кирилл, постояв секунду, ответил коротко: «Постараюсь», и вышел из кабинета прокурора.

Обыск. Разумеется, на основании соответствующей санкции, в доме, в котором проживал скрывшийся десантник, была произведена процедура, связанная с проведением обыска, включающая все необходимые формальности — понятые и прочее.

(продолжение следует)

десантник ч. 8.

Share

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

5 × 2 =