прокурор ч. 7.

Им, предприятиям, искусственно занижали прибыльность, а то и откровенно разваливали, если понимали, что приобрести то или иное предприятие не удастся.

В процессе поиска подходящего помещения для своей типографии (я уже к этому времени с помощью кредита мог себе позволить купить помещение), я убеждался как растаскивалось и движимое и недвижимое имущество.

Как то я услышал о, якобы, продаже помещения одного автопредприятия. Прихожу на это предприятие, которое к этому времени уже стало акционерным обществом, захожу к руководству. Завожу речь о возможности продажи недвижимости. Но сначала, говорю, хотелось бы познакомиться с самим помещением. Осматриваю здание, территорию с человеком, обещавшим дать кредит.

Помещение в самом плачевном состоянии. Окна выломаны, выбиты, трубы вырваны, двери выбиты вместе с коробками, электропроводка сорвана, стены побиты, разрушен и пол. Как после бомбежки, плюс мародерские налеты. К тому же в одноэтажном, довольно большом помещении (более 2500 кв. м.) начали подвергаться разрушению опорные части конструкций.

Но цена такая, что возможно было и рискнуть — купить и взяться за капитальный ремонт помещения.

Идем к руководству и предлагаем начать переговоры о покупке. Но оказывается все вопросы о приобретении ведутся с каким-то другим человеком, и совсем в другом месте. Нас этот факт и удивил и насторожил. Едем туда, встречаемся. Вроде бы все в порядке, договорились о цене.

Я все-таки не удержался и спрашиваю: «Почему в таком ужасном состоянии помещение? Что мешало хозяевам сохранить его в наиболее выгодном виде?» Ответ меня настолько удивил, что я его запомнил, по прошествии стольких лет, и передаю слово в слово.

«Мы, — отвечает мне этот посредник, — специально доводим эти объекты до такого состояния». Вот весь ответ. Я настолько был поражен такими его словами, что даже потерял дар речи и не продолжил задавать вопросы и дальше. А ведь вопросы были. И первый из них был такой: какие причины такого варварского отношения к недвижимости?

Думаю, что вряд ли этот наемник ответил бы мне на этот вопрос, даже при всей его недалекости.

Но мне, уже гораздо позже пояснили люди, осведомленные о причинах такого поведения сильных мира сего, занимавшихся тотальным захватом всего государственного имущества. И оказалось все просто: им, захватчикам, такие объекты были не интересны. Вот они и разрушали эти не интересные им объекты. Чтобы предприниматели потом мучились с этим «добром», вкладывали свои заработанные деньги. Как никак — конкуренции будет меньше. А они, сильные мира сего, так уж и быть, будут захватывать только самое крупное, самое прибыльное.

Ну а в той правовой вакханалии, разгулявшейся в первые годы независимого государства, царившей в те уже далекие времена и породившая беспредел, только лишь прокуратура могла остановить надвигающуюся волну экономического бандитизма, формирования криминального капитала. Но видимо именно это и не понравилось подымающему голову, и с каждым днем крепнущему, криминалу.

Он, криминал, стремился уже во власть, занять чиновничьи места, кабинеты и уже оттуда прикрывать все свои незаконные действия. Да и подминать под себя всю правоохранительную систему, принуждать ее прямо обслуживать их интересы. И, как показали дальнейшие события, они успешно выполнили эту задачу.

Суды, еще с советских времен привычные и к деньгам и к «высоким» телефонным звонкам, быстро «перестроились» под новые возможности, к которым их поощряли откровенные преступники, стремящиеся во власть.

(продолжение следует)

прокурор ч. 6.

 

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.